Новость: Что происходит с российской промышленностью после валютного шока?
Все новости

Что происходит с российской промышленностью после валютного шока?

Автор: WhoTrades 1 год назад

Финам

За первые четыре месяца года промышленное производство в России упало примерно на 4% к декабрю 2014 г. (со снятой сезонностью). При этом замедления (как и увеличения) темпов падения, по нашим оценкам, пока нет. Обычного для развивающихся экономик последевальвационного быстрого роста экспорта пока тоже не наблюдается. Правда, судя по данным Росстата, в промышленности растет прибыль, что дает надежду на возобновление роста инвестиций, хотя неопределенность гео-экономической ситуации по-прежнему является сдерживающим фактором.

  Ситуация в реальном секторе на фоне типичных последствий девальваций в мире за последние 20 лет 

Апрельское ускорение спада российской экономики (с учетом данных относительно того же периода прошлого года) не могло обойти стороной и реальный сектор. В частности, в промышленности объем выпуска сократился на 4,5% год к году против падения лишь на 0,4% за весь первый квартал (рис. 1). При этом отраслевая структура роста в промышленности в апреле сильно изменилась: так, с положительных значений в большой минус ушел выпуск в производстве резины и пластмасс (-10% год к году) и на предприятиях деревообработки (-5%). Резко ускорилось падение в металлургии (-10%), производстве машин и оборудования (-15%) и производстве транспортных средств (-24%) (рис. 2). 

Рис. 1. Динамика индикаторов состояния промышленности, прирост год к году, в %

 

Источник: CEIC Data. расчёты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ. 

Было ли ускорение спада в апреле реальным или оно скорее объясняется относительно высокой базой апреля 2014 г., могут сказать данные со снятой сезонностью и календарным фактором. Некоторые из этих оценок показывают, что хотя ускорения падения в апреле не было, но оно было стабильно высоким все первые месяцы года: немногим менее 1% в месяц со снятой сезонностью и в целом к декабрю промышленность сократила выпуск на 3,7–4%( первая цифра следует из данных Э.Ф. Баранова (Институт «Центр развития» НИУ ВШЭ): http://www.hse.ru/data/2015/05/25/1096971675/iipp_15-04.pdf;вторая – из данных Росстата о динамике выпуска в промышленности с устраненной сезонностью и календарным фактором за январь - апрель 2015 г.), что гораздо больше убаюкивающих минус 1,5% за январь-апрель год к году по данным Росстата. Оценки с устраненной сезонностью более информативны, так как учитывают эффект базы, хотя и к ним надо относиться с известной осторожностью в силу отсутствия достоверных данных для устранения календарного фактора. 

Рис. 2. Динамика выпуска укрупненных секторов промышленности, прирост год к году, ранжировано по январь-март 2015 г., в %

 

Источник: CEIC Data. 

При этом нынешний кризис с точки зрения поведения предприятий сильно отличается от кризиса 2008–2009 гг.Тогда снижение численности занятых (числа замещенных рабочих мест) в промышленности на пике падения достигало почти 10% год к году, сейчас оно пока не превышает 2% (рис. 1). Можно ли в связи с этим говорить о ренессансе патернализма в российской экономике или просто произошел возврат к обычной для многих стран ситуации, когда в ходе рецессии занятых сокращают в последнюю очередь, – покажет время. 

Параллельно – в дополнение к девальвации национальной валюты– намечается так называемая «внутренняя девальвация», то есть сокращение трудовых издержек, но не за счет сокращения численности, а за счет торможения роста заработной платы и ее отставания от роста выпуска в текущих ценах. Так, в промышленности в марте текущего года темпы прироста номинальной заработной платы в рублевом выражении снизились относительно того же периода прошлого года до плюс 4,7% (против примерно 8,5% в предшествующие два месяца). С учетом все еще высокой инфляции темпы падения заработной платы в реальном выражении по промышленности в целом в марте 2015 г. составили около 9,6% против 5,5% в январе и 7% в феврале. Таким образом, в марте были превзойдены максимальные темпы падения реальной заработной платы в кризисном 2009 г., когда в августе они составляли минус 7,8% (рис. 1). 

Как будет развиваться ситуация дальше? Будет ли падение в промышленности и в экономике в целом усиливаться? Или стимулирующий эффект девальвации скоро возобладает? К явным позитивным сигналам можно отнестисвежие данные Росстата о трехкратном – относительно того же периода прошлого года – росте балансовой прибыли в промышленности в номинальном выражении в марте 2015 г. – с примерно 320 до 1 020 млрд руб. Это, по нашим расчетам, привело к увеличению в марте рентабельности отгрузки до 17,3%, что примерно в два раза выше среднемесячного уровня 2014 г.(рис. 1). 

В поисках ответа на вопрос о перспективах развития ситуации в российской экономике после валютного шока проанализируем мировой опыт влияния девальваций( под девальвацией мы считаем падение номинального эффективного курса национальной валюты более чем на 10% за квартал) , произошедших в 1994–2014 гг. в основных развитых и развивающихся экономиках мира (включая Россию), на экономический рост и структуру ВВП. Проведенные нами предварительные расчеты на квартальных рядах макропоказателей со снятой сезонностью 81 страны за последние 20 лет показывают, что в развивающихся и развитых экономиках последствия девальваций, хотя в целом позитивны, однако структурно весьма сильно различаются. Падение или стагнация ВВП в развивающихся экономиках длится в среднем три квартала, включая квартал, когда произошло падение курса национальной валюты (квартал 0 на рис. 3), а в развитых странах не наблюдается вовсе. При этом в первой группе стран к концу восьмого квартала после девальвации объем ВВП превосходит предкризисный уровень в среднем более чем на 7%, а в развитых – более чем на 5%. 

Реальный эффективный курс национальной валюты в развивающихся странах достигает предкризисного уровня в среднем через два года после падения (это связано с высокой относительной инфляцией, так как номинальный эффективный курс остается стабильно низким, рис.3), тогда как в развитых экономиках к концу второго года реальный эффективный курс отыгрывает лишь примерно половину кризисного падения (рис.4). 

Рис. 3. Стилизованные факты 58 девальваций и макропоказателей в реальном выражении в развивающихся странах в 1994–2014 гг., пятый квартал до девальвации =100%, со снятой сезонностью

 

Источник: BIS, ОЭСР, расчёты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ. 

Говоря о факторах роста ВВП после девальваций в развивающихся странах (к ним можно отнести и Россию), следует отметить, что это, прежде всего, рост экспорта(а не чистого экспорта, то есть экспорта за вычетом импорта, как обычно считается). Экспорт в среднем вырастает к концу второго года на 16% к докризисному уровню, а импорт после первоначального сильного падения превосходит докризисный уровень немногим меньше. Очевидно, что наращивание экспорта за счет участия в глобальных цепочках стоимости требует участия в международном разделении труда и закупок импортных комплектующих, что, впрочем, легче сделать при восстановлении докризисных курсовых соотношений. В развитых экономиках восстановления импорта при отсутствии восстановления курса не наблюдается, и классический фактор роста именно чистого экспорта (а не только экспорта) после девальвации, видимо, значим для роста ВВП. 

Рис. 4. Стилизованные факты 23 девальваций и макропоказателей в реальном выражении в развитых странах в 1994–2014 гг., пятый квартал до девальвации =100%, со снятой сезонностью

 

Источник: BIS, ОЭСР, расчёты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

  Второй важнейший фактор роста ВВП после девальваций для развивающихся экономик – это, как показывают наши расчеты, рост сбережений и инвестиций(рис. 3). Очевидно, что рост прибыли у фирм, полученный за счет наращивания ставшего более конкурентоспособным с точки зрения цены экспорта, а также за счет импортозамещения в течение нескольких кварталов, приводит к росту депозитов в национальной банковской системе (если удается избежать оттока капитала за счет хорошего инвестклимата), кредитования и инвестиций. Сбережения проседают не сильно и начинают быстро прирастать (что в форме роста прибыли мы видим сейчас и в России), а вот инвестиции падают почти также интенсивно, как импорт, и начинают расти лишь примерно через три квартала после девальвации. Предкризисного уровня они достигают через полтора года, а к концу второго года превышают предкризисный уровень примерно на 6%. Этого, кстати, не происходит в развитых экономиках, где рост сбережений не выливается в рост внутренних инвестиций, которые к концу второго года остаются значительно ниже докризисного уровня. Для развитых экономик основной краткосрочный «бонус» от девальваций связан с ростом экспорта. 

Конечно, сценарии развития ситуации в России (как и в любой стране) имеют свою специфику, однако определенные общие тенденции для всех успешно преодолевающих валютный шок развивающихся экономик, которые описаны выше, все-таки, видимо, есть. И здесь настораживает тот факт, что рост экспорта в физическом выражении в развивающихся экономиках в среднем начинается уже со второго квартала после девальвации(рис. 3) , а в России пока подобного явления не наблюдается. Так, проанализированные нами данные ФТС о динамике экспорта по основным товарным позициям в физическом выражении (чтобы исключить влияние фактора цен8) за первый квартал показывают, что число растущих (по отношению к тому же периоду прошлого года) экспортных позиций сейчас даже несколько меньше, чем в «додевальвационном» первом квартале 2014 г. (рис. 5). 

Рис. 5. Динамика экспорта товаров в физическом выражении, прирост год к году в первом квартале, ранжировано по 2015 г., в %

 

Источник: ФТС, расчёты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

 При этом половина растущих в этом году позиций росла и в первом квартале прошлого года (в частности, медь рафинированная, калийные удобрения и нефтепродукты), а среди «новичков» роста отмечаются в основном производители необработанного сырья (в частности, алюминия и никеля необработанного, нефти сырой), а также поставщики смешанных минеральных удобрений и полуфабрикатов из стали. Хотя умеренный рост поставок машин и оборудования продолжился, однако экспорт грузовых и легковых автомобилей из России сократился в первом квартале на 18 и 8% соответственно. Больше упал лишь экспорт нашей водки – наполовину. 

В связи со слабым пока положительным откликом несырьевого экспорта на девальвацию рубля, не до конца ясна устойчивость источников роста балансовой прибыли промышленности и экономики в целом в первом квартале. Cохраняется вероятность либо пересмотра в будущем этих данных Росстатом в сторону понижения, либо снижения роста прибыли в том случае, если источники этого роста носят временный характер, как например, более равномерное, чем раньше, распределенные внутри года платежей компаниям из государственного бюджета.



Миронов Валерий, Институт "Центр развития" НИУ ВШЭ

Текущий рейтинг: 81 Голосов: 141
Для голосования за новости необходимо войти на сайт.



[GG] Lathuu написал 4 месяца назад:
зачтено.
[GG] AlcanCorp написал 5 месяцев назад:
прочитано
[GG] Марк_Голдберг написал 5 месяцев назад:
прочитано
[GG] Bob_Paulson написал 5 месяцев назад:
прочитано
[GG] BTtrade написал 6 месяцев назад:
прочитано
[GG] KennethRogoff написал 6 месяцев назад:
прочитано
[GG] Польди написал 6 месяцев назад:
прочитано
[GG] Robert_Pavlik написал 6 месяцев назад:
прочитано
[GG] Польди написал 11 месяцев назад:
прочитано
[GG] KennethRogoff написал 1 год назад:
прочитано
[GG] Robert_Pavlik написал 1 год назад:
прочитано
[GG] AlcanCorp написал 1 год назад:
прочитано
Денис_Клименков написал 1 год назад:
был
[GG] Польди написал 1 год назад:
прочтено
[GG] KennethRogoff написал 1 год назад:
прочтено
[GG] BTtrade написал 1 год назад:
понятно
[GG] Lathuu написал 1 год назад:
и это радует
[GG] Lathuu написал 1 год назад:
умеренный рост поставок машин и оборудования продолжился,

Новости Рашки